Виолета Раух чувствует себя нехорошо. Подобно лягушке, которая, сама того не осознавая, кипит до смерти, она стала жертвой обмана власти, разрушения потребительства, личной изоляции и изоляции социальных сетей. Сможет ли она спастись от этого экзистенциального отвращения?